Про войну, детей и месть
Очень хочется высказать свое мнение по поводу вот этого, и многого подобного.
Я всегда полагала, что добрый человек -- это не тот, кто стоит, когда его бьют, и спокойно смотрит, как насилуют его жену, лишь бы не причинить кому-нибудь вреда. Те, кто так думает, глубоко заблуждаются. Добрый человек -- это тот, кто не нападает, не будучи спровоцирован, и при этом не очень легко провоцируется.
"Если мы ударим обидчика, мы станем такими, как он" -- втирали нам в мозги с яслей. Да ни хрена же! Не станем, ибо ударим в ответ.
Дети террористов -- это несчастные дети? Да, безусловно. Им очень не повезло. В первую очередь -- с родителями.
Стоит ли по этому поводу пускать над ними слюни, и платить пособия, которые пойдут на покупку динамита для нового теракта? Ни в коем случае.
Нужно различать доброту и глупость. Доброту и слабость.
Кормить детей врага можно только для того, чтобы "вырастить янычар". Забрать детей, дать им нормальный кров, человеческое воспитание и приличное представление о хорошем.
А оставить их в той же среде, дав денег -- означает убить их. Обречь их на гибель в поясе шахида.
Уж пожалели бы детей-то, гуманисты, блять.

И -- на закусончег, немножко классики.

Вонзил кинжал убийца нечестивый
В грудь Деларю.
Tот, шляпу сняв, сказал ему учтиво:
"Благодарю".
Тут в левый бок ему кинжал ужасный
Злодей вогнал,
А Деларю сказал: "Какой прекрасный
У вас кинжал!"
Тогда злодей, к нему зашедши справа,
Его пронзил,
А Деларю с улыбкою лукавой
Лишь погрозил.
Истыкал тут злодей ему, пронзая,
Все телеса,
А Деларю: "Прошу на чашку чая
К нам в три часа".
Злодей пал ниц и, слез проливши много,
Дрожал как лист,
А Деларю: "Ах, встаньте, ради бога!
Здесь пол нечист".
Но все у ног его в сердечной муке
Злодей рыдал,
А Деларю сказал, расставя руки:
"Не ожидал!
Возможно ль? Как?! Рыдать с такою силой?-
По пустякам?!
Я вам аренду выхлопочу, милый,-
Аренду вам!
Через плечо дадут вам Станислава
Другим в пример.
Я дать совет царю имею право:
Я камергер!
Хотите дочь мою просватать, Дуню?
А я за то
Кредитными билетами отслюню
Вам тысяч сто.
А вот пока вам мой портрет на память,-
Приязни в знак.
Я не успел его еще обрамить,-
Примите так!"
Тут едок стал и даже горче перца
Злодея вид.
Добра за зло испорченное сердце
Ах! не простит.
Высокий дух посредственность тревожит,
Тьме страшен свет.
Портрет еще простить убийца может,
Аренду ж - нет.
Зажглась в злодее зависти отрава
Так горячо,
Что, лишь надел мерзавец Станислава
Через плечо,-
Он окунул со злобою безбожной
Кинжал свой в яд
И, к Деларю подкравшись осторожно,-
Хвать друга в зад!
Тот на пол лег, не в силах в страшных болях
На кресло сесть.
Меж тем злодей, отняв на антресолях
У Дуни честь,-
Бежал в Тамбов, где был, как губернатор,
Весьма любим.
Потом в Москве, как ревностный сенатор,
Был всеми чтим.
Потом он членом сделался совета
В короткий срок...
Какой пример для нас являет это,
Какой урок!